Йэн Ашер - Человек, который продал жизнь на eBay

Я прибыл в токийский аэропорт вчера днем и отыскал банкомат, чтобы обменять свои деньги на японские иены. Расчеты заставили меня попотеть, когда я пытался сообразить, сколько это – 10 тысяч иен. Мне не хотелось ошибиться и вынуть из окошка эквивалент 10 долларов или обменять по ошибке пару тысяч! Теперь я почти уверен, что у меня при себе около 400 долларов иенами.

Я нашел нужный автобус, купил билет за несколько минут до его отхода и пару часов ехал через центр Токио в противоположный конец города.

С автобусной станции Син-Юригаока я позвонил Конни, которая предложила мне остановиться в доме ее семьи. Через некоторое время я встретился с ее мужем Кадзуюки и вместе с ним поехал на метро к ним домой, в пригород.

Там меня ждали Конни и четверо их детей – трое мальчиков в возрасте 6, 9 и 12 лет и трехлетняя девочка. Мы все вместе отправились ужинать, и малышка радостно болтала со мной на заднем сиденье машины, то и дело перескакивая с японского на английский, чем немало меня озадачивала. Она необыкновенно забавно удивлялась тому, что я ее не понимаю. Малышка пыталась научить меня японским названиям цветов светофоров, мимо которых мы проезжали, но позднее я не смог их припомнить, как ни старался.

Сегодня я проснулся в три часа ночи (сна – ни в одном глазу, поскольку мои внутренние часы все еще были установлены на гавайское время) и распланировал свой день. После раннего завтрака с Кадзуюки я собрал кое-что из вещей и направился в город.

Токийская система метро сведет с ума кого угодно, и хотя казалось, что на том ее участке, где я находился, было сравнительно легко ориентироваться, билетная система – вот настоящее минное поле! Несколько разных компаний предлагают разные возможности и услуги. Да и запутанную карту метро пришлось разбирать довольно долго!

В конечном счете я все же добрался до города – как раз вовремя, чтобы встретиться с Кадзуюки за обедом. Он показал мне ближайший капсульный отель и попытался заказать место на этот вечер. О господи, ведь все шло так хорошо! Но Кадзуюки был чересчур честен, когда его спросили, есть ли у меня какие-нибудь татуировки! Увы, как я выяснил, цель, достигнутая ранее, теперь вступила в конфликт с этим конкретным отелем. Единственное возможное объяснение, которое пришло в голову Кадзуюки, состояло в том, что у администрации раньше возникали проблемы с татуированными членами местных банд!

Судя по длинному списку ограничений, с заселением также возникли бы проблемы, если бы я явился в отель «в состоянии глубокого опьянения»!

Мы узнали дорогу к другому ближайшему капсульному отелю, где возможность, что я могу оказаться татуированным бандитом, похоже, не вызывала никаких вопросов, зато проблемой стало мое неумение говорить по-японски. Однако Кадзуюки спас положение, переведя мне многочисленные правила, и еще оставил номер своего мобильного менеджеру – на случай, если я причиню администрации слишком много хлопот!

Остаток дня я бродил по городу, с удовольствием впитывая его атмосферу.

Здесь есть восхитительные достопримечательности – а есть и совершенно необъяснимые. Полагаю, бо́льшую часть этого дня на моем лице блуждало озадаченно-изумленное выражение. А при виде широчайшего ассортимента нарядов школьниц и медсестер в витрине одного магазина у меня, наверное, глаза на лоб полезли!

Я заглянул в несколько магазинов электроники – и оказался в сущем гаджет-раю. Выбор технологических устройств был фантастическим, но цены показались мне немного выше, чем в США. Возможно, придется еще какое-то время подождать с покупкой нового компьютера.

В конечном счете я сумел оторвать себя от прилавков и направился в отель, где устроил тестирование крохотного номера-капсулы и воспользовался общими ванными комнатами и сауной. Капсульный отель предназначен только для мужчин, присутствие женщин исключено. Выбор каналов на крохотном телевизоре в капсуле отражал эту особенность: в числе прочих был канал 21, транслировавший «ориентированный на взрослых контент»!

Потом я снова вышел в город, чтобы перекусить и побродить по улицам, глазея на яркую неоновую рекламу. Случайно забрел в гигантский магазин видеоигр, раскинувшийся на шесть этажей и наполненный десятками восхитительных игр, которых я прежде никогда не видел. Затем, сам не зная как, я очутился в крайне многолюдном квартале «красных фонарей» – и, должно быть, торчал там, как гвоздь в диване, поскольку меня со всех сторон засыпали приглашениями в маленькие клубы, прятавшиеся в полуподвалах, куда надо было спускаться по темным узким лесенкам.

Весь этот район по вечерам оживает, так и наливаясь энергией. Я мог бы бродить по нему часами. Это так увлекательно и так не похоже на большинство городов, в которых я бывал! Но в конечном счете я направился «домой», чтобы пораньше лечь спать. Полагаю, я все еще не до конца оправился от последствий нарушения суточных ритмов и раннего пробуждения этим утром. Итак, теперь пора исполнить эту цель – проспать здесь ночь. Хотя, может быть, я еще разок гляну, что там показывают на канале 21!

Оясуми насай! (Спокойной ночи. – Прим. пер.)

Я провел еще пару дней с Конни и ее семейством и старался как можно чаще делать вылазки в город, чтобы как следует осмотреть Токио.

Сначала, когда я быстро проехал Токио насквозь в автобусе, в который сел в аэропорту, мне показалось, что он похож на многие другие большие города. Но когда я стал передвигаться по нему пешком, выяснилось, что это очень необычный город – он разительно отличался от всех других, которые мне приходилось видеть.

Один из читателей моего блога оставил такой комментарий по поводу Токио: «Для меня главное в Токио – это то, что я ни разу, ни на секунду не забывал, что нахожусь в совершенно другой стране!»

Я тоже выяснил для себя, что никак не могу отключиться от мысли, что я чужак в очень-очень странной стране.

Большинство указателей и вывесок вообще были только на японском, поэтому по названию многих магазинов или их наружной рекламе никак нельзя было догадаться, чем же здесь торгуют. Японская железнодорожная система тоже приводит иностранца в растерянность, хотя, если смотреть внимательно, можно найти карту с крохотными буковками, которые ты в состоянии понять… в смысле, если удастся подобраться к ней достаточно близко, чтобы, щурясь, разглядеть их.

Особенно увлекательный и необычный опыт сулят иностранцу-путешественнику местные рестораны, и часто они используют одно новшество, до некоторой степени действительно помогающее преодолеть лингвистические трудности, с которыми он сталкивается. Снаружи ресторана выставлены не только фотографии еды, имеющейся в меню – нет, полный ассортимент закатанных в пластик предлагаемых блюд гордо красуется в витринах ресторана! Увы, на меня лично это часто оказывало воздействие, прямо противоположное задуманному, поскольку вся эта еда выглядела пугающе неаппетитной – настолько она была сверкающей и… ну, в общем, пластиковой!